предыдущая главасодержаниеследующая глава

Глава XX. Государственный деятель - Дилуорти Златоуст


1 (Сладкозвучный рог, наделенный дарами красноречия и обхождения, разума и прозорливости; на лице его было написано благоволенье, которое покоряло всех взиравших на него (староирландск.)*)

* (Из "Хроники четырех повелителей" - многотомной староирландской летописи, составленной в 1632 - 1636 гг. францисканскими монахами)

Приезд сенатора Эбнера Дилуорти стал настоящим событием в Хоукае. Немалая честь, когда сенатор, вращающийся среди великих мира сего и управляющий судьбами всей нации, покидает свое место в Вашингтоне, снисходит до общения с простыми людьми и пользуется гостеприимством такого города, как Хоукай. Все были польщены приездом человека столь прославленного, и в его присутствии политическая рознь была временно предана забвению.

Эбнер Дилуорти, уроженец соседнего штата, оставался сторонником Севера в самые тяжелые для страны дни, благодаря чему и преуспел; но разве это причина для того, чтобы полковник Селлерс, который был на стороне южан и не преуспел, с презрением отвернулся от него?

Сенатор остановился у своего старого приятеля, генерала Босуэла, но могло показаться, что радушным гостеприимством, оказываемым ему в Хоукае, он обязан только полковнику Селлерсу. Ведь именно полковник с присущей ему щедростью предложил сенатору распоряжаться в городе, как у себя дома.

- Вас здесь хорошо знают, - оказал полковник, - и Хоукай гордится вами. Перед вами открыта любая дверь, вам будут рады у каждого очага. Если бы генерал Босуэл, ваш старый друг, не предъявил на вас своих нрав, я настоял бы, чтобы вы остановились у меня. Вы встретитесь с жителями нашего города и увидите здесь такие перемены, которые поразят вас.

Полковник был так неудержим в своем гостеприимстве, что, по-видимому, убедил самого себя в том, что и в самом деле принимал сенатора в своем доме; во всяком случае, впоследствии он неоднократно рассказывал о том, как Дилуорти гостил у него, и упоминал о некоторых блюдах, особенно понравившихся сенатору. Что правда, то правда - однажды полковник в самом деле настойчиво приглашал Дилуорти отобедать, но, к сожалению, это было в тот день, когда сенатор уже уезжал из Хоукая.

Сенатор Дилуорти был тучный и представительный мужчина, хоть и не очень высокого роста. О нем хорошо отзывались, он пользовался популярностью в народе.

Сенатор проявил большой интерес к тиши, города и всей округи, к развитию сельского хозяйства, просвещения и религии и особенно к положению недавно освобожденной расы.

- Провидение, - говорил он, - вручило нам их судьбы; и хотя мы с вами, генерал, при помощи конституции могли бы выбрать им иной удел, провидению виднее.

- Ничего из них не выйдет, и не пытайтесь, - прорвал его полковник Селлерс. - Эти расчетливые людишки, сэр, не хотят работать на белых: подавай им гарантии, видите ли! Вое высматривают, как бы прожить, работая только на себя. Бездельники, сэр; взгляните на мой огород - весь зарос сорняками. Неделовой народ, сэр.

- В ваших словах есть доля правды, полковник. Но надо им дать образование.

- Дайте негру образование, и он станет еще расчетливее. Если он захочет заниматься тем ремеслом, какое нравится ему самому, какая от него польза?

- Однако, полковник, образованный негр сможет обратить свою расчетливость на пользу всего общества.

- Никогда этого не будет, сэр, никогда. Вы развяжете ему руки - он станет еще больше вредить себе. У негра нет хватки, сэр. Возьмите белого человека --он умеет и задумать большое дело и претворить его в жизнь. А негр - нет.

- И все-таки, - возразил сенатор, - даже допуская, что он может навредить себе с точки зрения земных благ, возвысить его при помощи образования - значит увеличить возможности его спасения в ином мире, а именно это-то и важно, полковник. Каков бы ни был результат, мы должны исполнить свой долг перед этим созданием божьим.

- Правильно, - подхватил полковник, - возвышайте его душу, раз вам нравится, она все равно но станет слишком бессмертной, но не трогайте его самого, сэр! Вот так-то, сэр! Возвышайте его душу, но самого негра оставьте таким, каков он есть.

Естественно, что одним из проявлений гостеприимства, оказанного сенатору, был большой официальный прием в здании суда, во время которого Дилуорти обратился к своим согражданам с речью. Распорядителе?! торжества был полковник Селлерс. Он сопровождал духовой оркестр от "Городского отеля" до дома генерала Босуэла. Он шел впереди колонны масонов, "Клуба Чудаков", пожарников, Добрых Храмовников1, Поборников Трезвости и Молодых Поборников Трезвости, Дочерей Ревекки и учащихся воскресных школ, а заодно и всех остальных граждан города, которые шествовали вслед за сенатором к зданию суда. Он суетился еще долго после того, как все в зале уселись, и громко требовал тишины среди гробового молчания, воцарившегося перед тем, как генерал Босуэл представил сенатора собравшимся. Полковник давно ждал случая показать себя во всей красе и впоследствии долго и с удовольствием вспоминал об этом событии.

1 (Добрые Храмовники - общество трезвости, основанное в 1851 г.; Поборники Трезвости (точнее: "Орден Поборников Трезвости") - общество, организованное при содействии церкви в 1842 г.; Молодые Поборники Трезвости - юношеская организация того же ордена; Дочери Ревекки - женская организация "Независимого Ордена Чудаков". Все эти организации обычно финансируются торговыми палатами (объединениями дельцов) американских городов, и деятельность их носит реакционный характер)

Поскольку наш роман печатается не в "Вестнике конгресса"1, мы не можем привести речь сенатора Дилуорти целиком. Начал он примерно так:

1 ("Вестник конгресса" - название одного из официальных печатных органов конгресса США)

- Сограждане! Мне доставляет большое удовольствие видеть вас и находиться здесь, среди вас. Я рад, что могу хоть на время отдохнуть от своих тяжких государственных и общественных обязанностей и поговорить по душам с моими друзьями, живущими в этом целиком штате. Я нахожу одно утешение от всех моих забот и тревог, и это сладостное утешение - доброе мнение обо мне моих сограждан. Я с нетерпением жду того момента, когда смогу сложить с себя бремя своих забот... ("Кто тебе поверит!" - выкрикнул какой-то подвыпивший парень у входа. Голоса: "Выставить его за дверь!")

Нет, друзья мои, не гоните его. Пусть эта заблудшая овца останется. Я вижу, что и он стал жертвой зла, которое разъедает наши общественные добродетели и подтачивает устои нашей жизни. Как я ужо сказал, когда-нибудь я смогу сложить с себя бремя своих обязанностей и посвятить себя заслуженному отдыху в таком приятном, мирном, просвещенном, передовом и патриотически настроенном городе, как, например, Хоукай. (Аплодисменты.) Я много путешествовал, я побывал во всех частях наших славных штатов, но нигде я не видел более прелестного уголка, чем ваш, нигде я не видел более ярких доказательств торгового, промышленного и религиозного прогресса... (Снова аплодисменты.)

Тут сенатор пустился в описание нашей великой страны и больше часа распространялся о ее процветании и о грозящих ей опасностях.

Затем он благоговейно заговорил о религиозных устоях и о том, что для поддержания общественных нравов на должной высоте надо строго следить за нравственностью в частной жизни. "Полагаю, что мой голос достигнет и детских ушей", - заметил он и после нескольких назидательных слов, предназначенных для детей, закончил свою речь прославлением "духа американской свободы, восходящего по овеянным славой ступеням Капитолия и ведущего за собой одной рукою - Воскресную Школу, а другой - Трезвость".

Полковник Селлерс, конечно, не упустил случая внушить столь влиятельной особе мысль о необходимости улучшить условия судоходства на реке Колумба. Они с мистером Брайерли возили сенатора в Наполеон и там открыли ему свои планы. Подобного рода планы сенатор понимал без особых разъяснений, видимо ему не раз приходилось иметь с ними дело. Однако, когда они доехали до Пристани Стоуна, он огляделся и спросил:

- Это и есть Наполеон?

Только его основа, только основа, - сказал полконник, развертывая карту. - Вот здесь будет вокзал, здесь - церковь, а вот тут - муниципалитет, ну и так далее.

- Так, так, понятно. А далеко отсюда река Колумба? Этот ручей впадает, видимо.

- Да это Гусиная Протока, - вмешался один из местных жителей, подошедший поглазеть на приезжих, - и никакой реки Колумба здесь нет; может, она течет где-нибудь поближе к Хоукаю… Прошлым летом приезжала сюда железная дорога, но больше ее тут не видали.

- Да, да, сэр, - поспешил объяснить полковник, - на старых картах река Колумба называлась Гусиной Протокой. Взгляните, какую великолепную дугу она описывает у города; по ней всего сорок девять миль до Миссури, и на всем ее протяжении ходят барки, причем довольно часто; в нее впадают все здешние реки; немножко труда - и пароходы будут доходить до самого города. Ее нужно расширить и углубить. Взгляните на карту: вот река Колумба! Этому краю необходим свой водный путь.

- Вам потребуются немалые ассигнования, полковник Селлерс.

- Не меньше миллиона долларов, ведь вы называли эту цифру, мистер Брайерли?

- Согласно предварительным изысканиям, - сказал Гарри, - миллиона должно хватить; затратьте на реку Колумба один миллион, и город Наполеон принесет вам не меньше двух.

- Понимаю, - кивнул сенатор. - Но лучше пойти обычным путем и для начала ходатайствовать о двухстах или трехстах тысячах. Получив это ассигнование, вы сможете начать продажу городских участков.

Будем справедливы к сенатору: ни река, ни ее окрестности его, собственно, не интересовали; зато ассигнование пришлось ему по душе, и сенатор дал понять полковнику и мистеру Брайерли, что постарается протащить его. Гарри, считавший себя знатоком вашингтонских нравов, намекнул на комиссионные.

Но он тут же увидел, что сенатор глубоко оскорблен.

- Если вы еще раз окажете что-нибудь подобное, - проговорил Дилуорти, - вы меня просто обидите. Все, что я делаю, я делаю в интересах общества. Часть ассигнования уйдет на неизбежные расходы и, как это ни грустно, придется повидаться кое с кем ил членов конгресса. Но на мою скромную поддержку вы можете рассчитывать.

Больше об этой стороне дела никто не упоминал. Необходимые данные сенатор добыл не путем личных наблюдений, а непосредственно из уст полковника. Узнав все, что ему нужно, Дилуорти приобщил ассигнование на реку Колумба к остальным своим общественно-полезным проектам.

В тот же приезд сенатор познакомился с мистером Вашингтоном Хокинсом и был тронут его житейской неопытностью, непосредственностью и, возможно, его готовностью согласиться на любое деловое предложение.

Полковник был доволен, что Вашингтон возбудил в сенаторе такой интерес, тем более что это могло помочь ему осуществить надежды, связанные с теннессийскими землями; да и сам сенатор сказал полковнику, что с радостью поможет всякому достойному молодому человеку, если при этом личные выгоды можно сочетать с общественным благом. А он не сомневается, в данном случае речь идет именно о такой возможности.

После нескольких встреч с Вашингтоном сенатор предложил ему поехать с ним в столицу в роли его личного секретаря и секретаря его комиссии; предложение было принято с восторгом.

Воскресенье застало Дилуорти еще в Хоукае. Он посетил церковь и поднял дух достойного и ревностного пастыря своим сочувствием к его трудам и расспросами о благочестии паствы. Оказалось, что паства не очень благочестива, и добряк священник с грустью подумал о том, насколько ему было бы легче, будь у него поддержка такого человека, как сенатор Дилуорти.

- Я рад был убедиться, дорогой сэр, - сказал сенатор, - что вы разъясняете основополагающие догматы веры. Только - из-за пренебрежения к догматам в нашей стране столько людей отходит от церкви! Хорошо, если бы мы могли увидеть вас в Вашингтоне - священником при сенате, например.

Старик невольно почувствовал себя польщенным, и можно ли удивляться, что впоследствии в минуты безысходного отчаяния он начинал мечтать о том времени, когда его, быть может, вызовут в Вашингтон и назначат священником при сенате, - и на душе у него сразу становилось светлее. Во всяком случае, похвала сенатора сослужила ему важную службу: она подняла его в глазах жителей Хоукая.

В это воскресенье Лора пошла в церковь одна, и домой ее провожал мистер Брайерли. Часть пути они прошли вместе с генералом Босуэлом и сенатором Дилуорти, и генерал представил молодых людей сенатору. У Лоры были свои причины искать знакомства с сенатором, а Дилуорти был не из тех, кто мог остаться безразличным к ее чарам. За время короткой прогулки скромная красавица так понравилась сенатору, что он заявил о своем намерении нанести ей визит на другой же день. Гарри выслушал его слова довольно мрачно, а когда сенатор отошел, обозвал его "старым дураком".

- Фи, - недовольно протянула Лора. - Неужели вы ревнуете? Он очень приятный собеседник. А вас он назвал многообещающим молодым человеком.

На следующий день сенатор и в самом деле нанес Лоре визит и ушел, окончательно убедившись в собственной неотразимости. Во время пребывания в Хоукае он вновь и вновь встречался с Лорой и все больше подпадал под обаяние ее красоты, которое испытывал на себе каждый, кому случалось увидеть ее хоть раз.

Пока сенатор оставался в городе, Гарри был вне себя от ярости; он утверждал, что женщины готовы бросить любого человека ради более крупной добычи и что его неудача объясняется только появлением сенатора. Красота Лоры доводила беднягу до безумия, и от досады он готов был размозжить себе голову. Возможно, Лоре и доставляли удовольствие его муки, но она утешала его ласковыми словами, которые только разжигали его пыл, а она улыбалась про себя, вспоминая, что, твердя ей о своей любви, он ни разу не заговорил о браке... Должно быть, этот пылкий юноша просто еще не думал о женитьбе... Во всяком случае, когда он наконец уехал из Хоукая, он был так же далек от этой мысли, как и раньше. Но страсть настолько захватила его, что теперь от него можно было ожидать любого, самого отчаянного поступка.

Лора простилась с ним с нежностью и сожалением, которые, однако, ничуть не нарушили ни ее душевного покоя, ни ее планов. Приезд сенатора Дилуорти был для нее гораздо важнее: со временем он принес те плоды, которых она ждала так долго, - приглашение приехать в столицу на время зимней сессии конгресса в качестве гостьи его семьи.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2013-2015
При копировании материалов просим ставить активную ссылку на страницу источник:
http://s-clemens.ru/ "S-Clemens.ru: Марк Твен"